Журналисты "Поляны" пообщались с заместителем председателя комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Анатолием Широковым и обсудили роль дикоросов в развитии северных регионов, проблемы и перспективы отрасли, а также меры поддержки.
– Как вы оцениваете потенциал дикоросов в сфере социального и экономического развития северных регионов? Какую роль сможет сыграть развитие плантационного выращивания?
– В Арктической зоне почти повсеместно растут и плодоносят лесные ягоды, среди которых лидируют клюква, брусника, голубика, морошка и княженика. Полезные свойства этих ягод проверены веками. Они всегда пользовались и будут пользоваться хорошим спросом у жителей не только северных, но и южных регионов.
Лесные ягоды идеально адаптированы к местному климату и вызревают при любых погодных условиях, но при этом урожаи их нестабильны. Главные факторы, влияющие на урожайность, это ранние и поздние заморозки, уровень грунтовых вод, количество и периодичность атмосферных осадков.
В настоящее время на территории России люди не регулируют процесс произрастания лесных ягод. Сбор дикоросов происходит стихийно, и это довольно трудоемкий процесс, так как многие ягоды растут в заболоченной местности, до которой сложно добраться. В основном этим промыслом занимаются сельские жители. Доход от заготовки лесных ягод небольшой и, как правило, не декларируется. Неоднократные попытки ввести плановую заготовку дикоросов не имели большого успеха по причине малого количества собираемой ягоды. При этом спрос на лесные ягоды из года в год увеличивается. По этой причине импорт в России пока существенно доминирует над экспортом.
Изменить ситуацию может плантационное выращивание дикоросов. Мировой опыт показывает, что выращивание лесных ягод на плантациях является типичным, семейным и весьма прибыльным бизнесом. Такие ягоды по себестоимости намного дешевле дикорастущих из-за более высокой и стабильной урожайности и за счет возможности механизировать трудоемкий процесс сбора. Один из вызовов нашего времени – это заселение и закрепление человека на территориях Арктической зоны. Решением этой задачи может стать содействие местному населению в создании ягодных плантаций в шаговой доступности от места проживания, и государство должно выступать инициатором реализации этой задачи.
– Какие сложности возникают на пути развития отрасли дикоросов и суперфудов на Севере?
– Выращивание и сбор лесных ягод – это прерогатива АПК, но сейчас в Арктической зоне в основном поддерживаются базовые отрасли сельского хозяйства – молочная и мясная, которые по разным причинам испытывают трудности в своём развитии и постоянно требуют дотаций.
Я присоединяюсь к мнению отраслевого сообщества: пришла пора ввести в широкий оборот такие понятия, как агролесоводство и лесное фермерство. Не должно быть разницы между фермерами, ведущими свою деятельность на землях лесного фонда, и фермерами, работающими на землях сельхозназначения.
Пора осознать, что без науки работа фермера с лесными ягодами – это хобби. А наука без взаимодействия с реально работающими специализированными хозяйствами – это просто научное учреждение, которое пытается поделить свой скудный бюджет между лабораторными исследованиями и затратами на прополку сорняков на своем опытном участке.
Пора обратить серьезное внимание и на тот факт, что десятилетиями государство, – в основном в советское время, – поддерживало науку, работающую с лесными ягодами. И вот теперь, когда получены результаты и запатентованы российские сорта, эти достижения лежат на полке в ожидании лучших времён.
Всем хорошо известно выражение: "Взаимодействие науки, бизнеса и власти". Но кто должен проявить инициативу и сделать первые шаги? По моему мнению, инициативу и главенствующую роль должно проявить государство, поддерживая инициативы производственников, кооперативов и обеспечивая наиболее благоприятные условия для развития этой перспективной отрасли.
Рассмотрим на примере ягодной отрасли, где арктическому АПК предстоит преодолеть ряд основных проблем. Сейчас использование дикоросов не является приоритетным направлением развития сельского хозяйства регионов, а это первое, на что обращает внимание потенциальный инвестор. Второй момент – отсутствие локальных экономических оценок потенциала выращивания, сбора и переработки лесных ягод, а также отсутствие специализированных предприятий, которые могут стать инициаторами по созданию малых форм хозяйствования по выращиванию и сбору лесных ягод. Третья проблема – это несогласованность интересов и действий науки, бизнеса и власти.
Также стоит отметить отсутствие локальных проектов и программ по использованию дикоросов от сбора до глубокой переработки, которые можно предложить потенциальным инвесторам. При этом действующие проекты по глубокой переработке лесных ягод опираются только на сбор дикоросов местным населением, и, как показывает практика, это очень неустойчивый бизнес.
– Пользуются ли сборщики дикоросов и аграрии, занимающиеся плантационным выращиванием лекарственных растений, поддержкой правительства и местной администрации? На какие льготы могут рассчитывать предприниматели?
– На данный момент внесены изменения в постановление правительства РФ №1528, которые позволяют получать льготные кредиты всем переработчикам дикоросов. Для популяризации продукции из дикоросов Минсельхоз организует экспозиции по данному направлению, например, в рамках агропромышленной выставки "Золотая осень". Также прорабатываются вопросы таможенно-тарифного регулирования, которые должны стимулировать переработку внутри страны и помочь увеличить экспорт продукции с более высокой добавленной стоимостью.
Кроме того, в госпрограмме развития АПК еще с 2020 года предусмотрены субсидии в виде грантов сельскохозяйственным потребительским кооперативам на создание, реконструкцию или модернизацию производственных объектов по заготовке, сортировке, хранению, переработке и реализации дикоросов. В рамках федерального проекта "Экспорт продукции АПК" реализуется льготное краткосрочное и инвестиционное кредитование.
По поводу поддержки отрасли на местном уровне мне давать оценки сложно. Агрегированными данными я не располагаю. Могу сказать, что везде ситуация разная. Где администрации располагают финансовыми ресурсами, там безусловно поддержка оказывается. К сожалению, перечисленные меры пока не приводят к кардинальному изменению в лучшую сторону. Пока не будут решены ключевые вопросы, перечисленные мною выше, отрасль не сможет устойчиво развиваться.
– Увеличивается ли спрос на продукцию? Как меняется рынок?
– Россия обладает около 20% запасов дикоросов в мировых масштабах, а в каждом регионе свои объемы их заготовки. При этом практической технологии учета не существует. Ежегодные же объемы переработки дикоросов могут доходить до 250 тысяч тонн.
В советское время существовала единая государственная система управления лесным комплексом, в рамках которой вели статистический учет показателей по сдаваемым гражданами в леспромхозы и заготовительные конторы дикоросам. Сейчас же в распоряжении государства лишь один официальный источник статистической информации – это совокупные данные отчетов об использовании лесов в рамках заключенных договоров долгосрочной аренды лесных участков для сбора дикоросов.
Еще недавно российские компании активно занимались экспортом дикоросов в Европу и получали от внешних продаж существенную часть дохода. Начиная с 2022 года это стало практически невозможно, и участникам рынка приходится или полностью переориентироваться на реализацию внутри страны, или налаживать пути поставок в Азию.
Сейчас лишь небольшая часть собранной в отечественных лесах продукции отправляется на экспорт. Однако, в зависимости от категории товара, наблюдаются разнонаправленные тенденции. За последние несколько лет существенно выросли поставки кедровых орехов в Китай, который традиционно является крупнейшим импортным рынком для данной продукции с долей порядка 90%. А вот вывоз ягод и грибов, напротив, уменьшился после пиковых показателей 2020-го, когда в совокупности за рубеж было отправлено около 15 тысяч тонн. По оценке НАКП, экспорт дикоросов составляет не менее 74 млн долларов в год, а основной объем приходится на кедровые орехи и лекарственные травы.
Сегодня российские дикоросы в основном продаются внутри страны. И участникам рынка приходится менять подходы к бизнесу. Если раньше большую часть собираемых даров леса отправляли в Европу, США и на другие рынки в основном в виде необработанного сырья, а возвращались они в виде чаев, начинок и прочего, то теперь отечественным компаниям из-за сокращения внешних поставок приходится расширять переработку или с нуля осваивать данное направление. Это тоже не очень простая задача, так как проблемы с импортом технологий и оборудования никто не отменял.
– Насколько мы знаем, вы принимали участие в обсуждении вопроса развития сети заготовительных пунктов на Севере. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этой и других инициативах, направленных на развитие индустрии.
– Я активно занимаюсь проблемами северного оленеводства. Эта отрасль имеет схожие проблемы с дикоросами, как и с большинством проблем АПК нашего Севера, поэтому представленный подход, с моей точки зрения, может быть реализован и в ситуации с дикоросами.
Поясню на примере оленеводства. Единственно возможный путь в сложившейся ситуации – индустриализация северного оленеводства и перевод отрасли на современные подходы в производстве, логистике, продвижении и продажах. Необходимо выстроить всю технологическую цепочку: от современного универсального убойного комплекса до продукции высоких переделов. Только так мы сможем перерабатывать практически всю тушу оленя, получая продукцию, которая будет соответствовать современным требованиям безопасности и потребительских качеств. Если кратко, то необходимо создать сеть современных убойных комплексов с факториями, оптимизировать логистику и наладить переработку.
Также необходима модернизация значительной части действующих комплексов, а именно техническое перевооружение, обеспечение единства подходов к безопасности и качеству продукции, доведение первичной обработки сырья на убойных комплексах вплоть до производства полуфабрикатов, оснащение современными системами хранения, производство удобной для логистики упаковки. Данные меры позволят эффективно использовать сырье для дальнейшей переработки в различных отраслях народного хозяйства: в медицине, косметологии, БАДах, кожевенной промышленности, пищевой промышленности, производстве кормов для животных и т.п.
Соответствие сырья международным требованиям позволит поставлять его на экспорт. Хочу отметить, что совмещение современных убойных комплексов с факториями позволит обеспечивать оленеводов и других жителей удаленных районов Севера возможностями по сдаче тех же дикоросов, получению первичной медицинской и иной помощи, топлива, продуктов первой необходимости. Кстати, эти же комплексы можно оборудовать и современными технологиями первичной переработки сырья из дикоросов, тем более, что холодильное оборудование на них уже будет. Также выгодно будет осуществлять совместную логистику.
– Как вы оцениваете экспортный потенциал северных дикоросов и суперфудов?
– Биологический потенциал России по недревесным пищевым и лекарственным продуктам леса оценивается в 15 млн тонн ежегодно, из него выделяется эксплуатационный потенциал 7,5 млн тонн – это то, что человек может использовать в хозяйственной деятельности. По оценкам специалистов, во времена СССР максимально собирали до 2,5 млн тонн продукции в год, сегодня собирается около 750 тысяч тонн по всем видам сырья с учетом личного пользования и не учитываемых официально объемов.
Сфера вообще с трудом поддается учету. Фактический объем заготовок, по оценкам экспертов Союза переработчиков дикоросов "Национальный экоресурс", составляет ежегодно 25 тысяч тонн орехов, 20 тысяч тонн грибов, 60 тысяч тонн ягод, 5 тысяч тонн лекарственных трав и 20 тысяч тонн березового сока. То есть из 750 тысяч тонн только 130 тысяч попадают в промышленную переработку. Экспортный потенциал отрасли огромный. По оценкам зарубежных экспертов, потенциал промышленной заготовки дикоросов в России превышает 4 млрд долларов.
– Каким вы видите будущее отрасли на Севере?
– Будущее отрасли я вижу в развитии плантационного выращивания. Но нужно иметь в виду, что при плантационном выращивании, например, лесных ягод, производственная цепочка выстраивается иначе. Сначала заинтересованные лица кооперируются в шаговой доступности от населенного пункта. Далее уже кооператив определяет наименование, виды и сорта выращиваемых ягод, форму создания плантаций, допустим, окультуривание природных ягодников или закладку новых. Кооператив контролирует все процессы выращивания ягод, организует доставку сборщиков на ягодный участок, на месте проводит переборку и сортировку, санитарную обработку ягод, заморозку и расфасовку. Также кооператив сам сертифицирует свою продукцию, поставляет ее заказчикам, выдает полную информацию о лесных ягодах: вид, сорт, где, кем, как и когда собраны и переработаны, свойства продукта, дату изготовления, сроки и условия хранения и прочее.
Лесные ягоды одного вида, выращенные на плантации и собранные в лесу, имеют одинаковые вкусовые качества и потребительские свойства. Ягоды с плантаций ничем не хуже лесных и отличаются только хорошим товарным видом, качеством, разнообразием вкусов и большими размерами ягод. Высокие урожаи при выращивании ягод на плантации достигаются за счет полного и тщательного контроля по уходу за растениями, регулировки уровня грунтовых вод и дополнительного орошения. Крупный размер дикорастущих ягод встречается не только на плантации, но и в дикой природе. Правда есть одна оговорка: лето должно быть урожайным на ягоды, а это происходит только в том случае, когда тепло, светло и дожди идут "как по расписанию".
Ягодная плантация создается заинтересованным человеком, и он, как никто другой, очень хорошо понимает экономическую значимость шаговой доступности плантаций от населенных пунктов. Именно в этой шаговой доступности и скрывается весь секрет успеха плантационного выращивания. Выращивание ягод на плантации исключает лишние процессы перевалки, что значительно улучшает потребительские свойства ягод, а медицинские книжки у работников кооператива – дополнительная гарантия качества. Лесные ягоды с плантации после разморозки можно употреблять в пищу без дополнительной обработки, а все санитарно-эпидемиологические риски берёт на себя кооператив.
При плантационном выращивании лесных ягод выпадают посредники между производителями и потребителями готовой продукции. Считаю, что именно такой подход и может обеспечить хорошие перспективы в отрасли. Это уже апробированный подход как на мировом уровне, так и в нашей стране.